Кто руководит российским биатлоном?

1 июня 2020 года

Контракты главного тренера сборной России по биатлону и старших тренеров мужской и женской команд истекли 31 мая. Новые старшие тренеры рекомендованы, но еще не назначены, главного нет и не предвидится. Полномочия действующего президента Союза биатлонистов России (СБР) Владимира Драчева и членов правления СБР истекают через два года, но могут прекратиться уже через месяц. Казна союза пуста, министерство спорта намекает на возможность лишения СБР государственной аккредитации. И дело не в пандемии. У кризиса другие причины, в которых разбирался Денис Косинов.

Культ вершины айсберга

Итак, кто же сейчас руководит российским биатлоном? Если совсем коротко – никто. В принципе, на этом можно заканчивать. Однако, есть нюансы, если кому интересно.
Начать с того, а чем, собственно, нужно руководить? Что такое российский биатлон? Для большинства болельщиков это наша сборная, члены которой либо преуспевают на этапах Кубка мира, мировых чемпионатах и Олимпийских играх (тогда всё хорошо), либо проваливаются на этих соревнованиях (тогда всё плохо). Именно эти результаты и именно такая полярная реакция на них формируют то сакральное отношение к биатлону, которое наблюдается в России.
Попробуйте-ка найти на карте любой другой страны хотя бы одну Biathlon Straße или Rue du Biathlon. А вот в России Биатлонная улица есть и в Красноярске, и в Новосибирске, и в Башкортостане, и в Рязанской области. Возможно, есть где-то еще, но и так понятно: биатлон в России – культ.
Но! Не сам по себе. А лишь в виде 60-70 гонок в год, которые смотрят миллионы людей, отождествляя триумф или крах российского биатлона с местами, занятыми нашими спортсменами. Это вот не футбол, в который может поиграть каждый, и в котором главнейший возбудитель болельщиков – чемпионат РПЛ.
Президент Союза биатлонистов России (СБР) Владимир Драчёв
Чемпионат России по биатлону почти никому не интересен, включая самих спортсменов, смертельно устающих к концу марта, когда обычно проходит этот турнир. Боже, да какая разница, кто выиграет в Увате спринт – Логинов, Елисеев или, например, Халили? Подавляющему большинству российских болельщиков интересно только соперничество наших с не нашими и только на главных стартах. Точка.
Таково отношение почти ко всем олимпийским видам спорта в России от гимнастики до борьбы. С той лишь разницей, что о гимнастах и борцах вспоминают раз в четыре года, а биатлон на слуху четыре месяца в году. Это и делает биатлон культовым видом спорта в России, порождая огромный интерес ко всем новостям, связанным с биатлонными ньюсмейкерами, то есть с членами сборной и руководителями СБР.
Такой вот ущербный культ. Почему ущербный? Да хотя бы потому, что если бы этот культ был настоящим, каковым в Норвегии являются лыжные гонки, а в Канаде — хоккей, то:
— тысячи болельщиков собирались бы на всех соревнованиях, включая районные;
— в биатлонных спортшколах была бы длиннющая очередь на запись детей;
— богатейшие спонсоры дрались бы за право наносить свои логотипы на экипировку сборных, от главной до областных;
— с Олимпиад и чемпионатов мира наши привозили бы гроздья медалей.
И не надо усмехаться так саркастически. Это следует из простой статистики. Если в той же Франции биатлоном занимаются 350-400 человек, то в России – 20 тысяч! Специалистов, у которых в трудовом договоре написано «тренер по биатлону», в нашей стране 2 тысячи! Это по пять человек на одного французского биатлониста. Круто? Как выясняется, нет. Потому что не наблюдается переход количества в качество. Наблюдается  другое:
— трибуны внутрироссийских, тем более региональных и тем более юношеских соревнований пусты;
— на всю страну два с половиной современных биатлонных комплекса;
— на всю сборную один спортсмен мирового класса;
— спонсоров для СБР днем с огнем не сыщешь, во всяком случае таких, чтобы давали много.
То есть система не работает. Более того, отсутствует. Потому что система – это, прежде всего, взаимодействие и управление. А на данный момент в российском биатлоне нет ни того, ни другого.
Но повторим: число занимающихся, щедрость спонсоров и все прочие элементы системы болельщиков не волнуют. Всем интересно только одно – результаты сборной на главных стартах. И вот если эти результаты плохи (как в течение последних пяти лет), то болельщики негодуют на начальство, каковым с мая 2018 года является президент СБР Владимир Драчев и новый состав правления. Они руководят, с них и спрос, верно? В теории – верно. Но на практике как раз и возникает вопрос, вынесенный в заголовок.

Скандалы вместо денег

Итак, на 1 июня 2020 года у СБР отсутствуют:
— главный тренер сборной
— исполнительный директор
— планы предсезонной подготовки сборных
— знакомство между спортсменами и старшими тренерами мужской и женской команд
— согласие между руководителями
— деньги
Последний пункт самый характерный. Организация, управляющая культовым видом спорта, фактически обанкротилась. По состоянию на 1 апреля 2020 года на счету СБР не было ни копейки. Более того, имелись долги в размере приблизительно 30 миллионов рублей. В том числе и долги по зарплатам тренерам и сотрудникам офиса СБР.
Валерий Польховский
Последние долги были закрыты не из биатлонной казны. Первый вице-президент СБР Алексей Нуждов не стал уточнять, откуда взялись эти деньги. Просто сообщил, что он считал себя обязанным их найти и нашел. Не надо быть гением для предположения, что Нуждов достал их из своего кармана. Это достойный поступок, ведь получателям зарплат эти деньги жизненно необходимы, но разве так должна функционировать система?
Впрочем, и до наступления финансового коллапса СБР не был богат. Люди, владеющие вопросом, утверждают, что нормальным бюджетом для союза является сумма приблизительно 1 миллиард рублей в год. Что ж, бюджет СБР был открыт год назад. Доходная часть составляла 128 миллионов рублей в год, из них 50 миллионов в качестве спонсорского взноса давал «Газпром». Теперь перестал давать. То есть, и так было мало, а стало и того меньше.
Драчев назвал эту ситуацию решаемой, подчеркнув, что самое болезненное — приостановка финансирования основным спонсором. По его словам, это произошло из-за элементарного пропуска сроков сдачи соответствующей отчетности, и не только в отношении «Газпрома», но и других спонсоров, суммарный взнос которых составил примерно 40 миллионов рублей. Если и так, то кто, спрашивается, должен был заниматься этим документооборотом?
Согласно уставу СБР, это компетенция президента и исполнительного директора. Но исполнительный директор Сергей Голиков уже два месяца временно отстранен от должности из-за острого конфликта с Драчевым. Выходит, президенту и следовало заниматься общением со спонсорами. Да он и обещал привести в биатлон большие деньги, когда баллотировался в президенты два года назад. Но, как видно, ничего не вышло, если даже самый надежный партнер приостановил финансирование.
Исполнительный директор СБР Сергей Голиков
Партнера можно понять. Какой смысл давать деньги людям, не способным договориться друг с другом? А они точно не способны, раз уж президент СБР Драчев обвинил в прекращении финансирования членов правления СБР, то есть людей, которых перед выборами считал соратниками, и которые считали соратником его! Точнее, Драчев имел в виду те решения, которые в последние месяцы принимались большинством членов правления СБР, и против которых он лично категорически возражал. Это и назначение ревизии деятельности союза, и утверждение кандидатур тренеров сборных, и проведение внеочередной отчетно-выборной конференции.
Да уж, ситуация для нашего спорта уникальная. Мало того, что глава организации и члены ее правления превратились в непримиримых противников, так еще и не скрывают это от общественности! Можно, конечно, вспомнить классическую цитату «когда в товарищах согласья нет...» Но в принципе – нормальная демократия, не так ли? Недавно похожая ситуация возникла в руководстве Международной федерации тяжелой атлетики, а несколько лет назад ФИФА с позором выгнала Йозефа Блаттера. Но то там, а это здесь. Так что же за регламент здесь? О, это интересно до полной запутанности.

Биатлонная демократия по-русски

Берем устав СБР в последней редакции, утвержденной 18 мая 2018 года на той же конференции, которая избрала нового президента Владимира Драчева и новый состав правления. А именно статью 19 «Президент СБР» и статью 20 «Правление СБР». Читаем.
Статья 19. «Президент является единоличным исполнительным органом СБР».
Статья 20. «Правление СБР является коллегиальным исполнительным органом СБР».
Уже интересно, верно? Так кто же у них исполнительный орган? И кто вообще конечная инстанция?
Статья 19. «Президент осуществляет общее руководство деятельностью СБР».
Статья 20. «Правление СБР осуществляет решение всех текущих вопросов деятельности СБР» .
Еще интереснее. Кто главнее? Тот, кто «общее руководство», или те, кто «решение всех текущих вопросов»? Ладно, читаем дальше статью 19 про обязанности и полномочия президента. В числе прочего есть такое:
«Представляет СБР в органах государственной власти».
«Утверждает и подписывает в установленном порядке документы СБР».
Что еще за установленный порядок? Непонятно. К этому вернемся чуть позже. Теперь выдержки из статьи 20 про полномочия правления.
«Рассматривает направления использования средств СБР».
«Принимает решения по формированию сборных команд по биатлону».
«Принимает решение о созыве конференции СБР, определяет время, место и повестку конференции».
Эмблема Союза биатлонистов России
Казалось бы, всё очевидно. ВСЕ важные решения принимает правление! В его компетенции и деньги, и составы, и даже созыв конференции. А президент в такой конструкции не более, чем один из членов правления. И если он в меньшинстве, то это его проблемы, так? Не мудрено, что, осознав, наконец, положение вещей, Драчев пришел в заметное раздражение. И даже стал высказываться о том, что раньше никакие решения правления не были нужны, хватало решений президента.
Всё верно, так всегда и было. Но с уставом не поспоришь. Первый вице-президент СБР Алексей Нуждов в интервью РИА Новости отозвался об этом не без иронии.
«Я бы большое спасибо сказал многим людям и даже моему товарищу Владимиру Драчеву, не побоюсь его так назвать, за то, что возникла совершенно новая для нашего спорта ситуация. Наверное, в истории наших спортивных федераций не было такого, чтобы правление играло какую-то роль. Всегда был президент, он всё решал. А сейчас не так», — подчеркнул Нуждов.
«Не так» означает следующее. Правление СБР – это 10 человек. Президент СБР Владимир Драчев, два других прославленных биатлониста Сергей Чепиков и Сергей Тарасов. Они поддерживают Драчева во всем. Трое единомышленников.
Остальные – это еще два выдающихся биатлониста Виктор Майгуров и Иван Черезов, первый вице-президент СБР Алексей Нуждов, плюс главы трех региональных федераций Юрий Векшин, Алексей Ермашов и Андрей Левунин. Эти шестеро тоже заодно друг с другом.
Десятый член правления – Владимир Якушев, федеральный министр строительства – участвует в заседаниях правления чрезвычайно редко. И получается, что реально голосуют девять человек, разбитых на два блока. В одном блоке шестеро, в другом трое. При таком соотношении всякое голосование очевидно. Классический пример двухпартийной системы в парламентской республике, в которой есть правящая партия и оппозиция.
Вот только номинальный лидер всей этой конструкции относится не к правящей партии, а к оппозиции! Такой казус не мог сохраняться долго. Уж как старался Нуждов наладить отношения с Драчевым, уж как воздерживался от публичных комментариев. Но и он не выдержал. В интервью РИА Новости Нуждов открыто заявил, что Драчеву пора уйти. То есть первый вице-президент, поддержавший президента на выборах двухлетней давности, теперь выступает за смену президента на его главного соперника по тем  выборам.
«Я в любом случае поддержу Виктора Майгурова. Говорю безо всяких обиняков. Да, мне скажут: „Вот, ты поддержал в свое время одного, а сейчас — другого.“ Скажу так: и Майгурова, и Драчева я узнал примерно в одно и то же время. Почему сейчас мне ближе позиция Майгурова? Просто по его рабочим качествам. Владимир Драчев с задачей развития биатлона в России вообще не справляется», — сказал Нуждов.
Вот так и появились решения о том, чтобы сменить руководство тренерского штаба сборной, назначить ревизию и созвать внеочередную конференцию. Демократия, понимаешь. Но республика на поверку оказалась не вполне парламентской. Если вообще республикой.

Вертикаль спортивной власти

Следует напомнить, что, как и весь наш олимпийский спорт, российский биатлон существует не только и не столько на деньги СБР, сколько на государственные средства. И это суммы побольше 128 миллионов рублей в год. Многочисленные спортшколы во всех 50 биатлонных регионах оплачиваются из региональных бюджетов, а всяческие сборные содержатся федеральной казной, расходы из которой распределяют министерство спорта РФ и Центр спортивной подготовки сборных команд России (ЦСП).
СБР может доплачивать что-либо спортсменам и тренерам сборных, но в любом случае все они на зарплате в этом самом ЦСП. Из этого же источника оплачиваются экипировка, оборудование, расходные материалы, тренировочные центры, выезды на сборы и соревнования. А кто платит, тот, как известно, и заказывает музыку.
И вот правление СБР решило сменить руководство сборной. На должность главного тренера рекомендовать Валерия Польховского вместо Анатолия Хованцева, на пост старшего тренера мужской команды — Роберта Кабукова вместо Сергея Белозерова, в женскую сборную — Владимира Королькевича вместо Виталия Норицына. Но не назначить, а именно рекомендовать, поскольку утвердить (или не утвердить) их должен был Минспорт, а договоры заключить (или не заключить) должен был ЦСП.
Иван Черезов
Польховский, еще в декабре 2019 года назначенный вице-президентом СБР по обеспечению деятельности сборных команд, с энтузиазмом принялся за дело. Кабуков, обладатель немецкого паспорта, и Королькевич, гражданин Словении, проведшие последние годы за границей, говорили о том, что очень рады вернуться к работе на родине. Не тут-то было.
Помните выдержки из статьи 19 устава СБР? «Президент представляет СБР в органах государственной власти, утверждает и подписывает в установленном порядке документы СБР.» А Минспорт с ЦСП – это и есть те самые органы. То есть именно Драчев должен был представлять на согласование кандидатов, против которых он категорически возражал!
Весьма изящный изгиб спортивной демократии, но в министерстве это изящество не оценили. Олег Матыцин весьма прозрачно намекнул, что биатлонным начальникам следует договориться друг с другом. Он уточнил, что не хотелось бы дойти до ситуации, в которой министерство спорта было бы вынуждено приостановить государственную аккредитацию СБР, как это случилось с ВФЛА. И заключил, что единственный выход — проведение конференции с целью определения пути выхода из кризиса легитимным  большинством.
Что же получилось со списком тренерских кандидатур? Решение рекомендовать Польховского, Кабукова и Королькевича их ярый противник Драчев не подписал. И тем более не повез представлять в Минспорт. Хотя именно Драчев должен и подписывать, и представлять. Подпись под этим решением поставил Нуждов, бумагу доставили в Минспорта с нарочным.
И вот тут возник ряд вопросов. Это легитимная бумага? Согласно уставу СБР состав сборной определяет правление, но подписать документ должен президент. Это техническая подпись? «Скрепя сердце, он подписал». Или это прямо-таки подпись, как могучий инструмент? «Без моей подписи ничего не произойдет», и всё такое.
Пока никто в СБР не смог дать определенный ответ на этот вопрос. По логике, второй вариант не имеет смысла. Ведь в этом случае правление может принимать какие угодно решения, но если президент не подпишет, то это всё пустая трата времени. Вот только Драчев, кажется, счел, что именно так следует трактовать понятие подписи президента. Косвенно это подтвердил источник в Минспорте, сообщивший, что Матыцин отказался рассматривать какой-либо биатлонный документ без визы президента СБР.
В этой неопределенности Драчев, похоже, увидел свой шанс. Еще недавно казалось, что с большинством правления ничего нельзя сделать, а тут вдруг выяснилось, что существует сила посерьезней. Судите сами. В конце апреля правление СБР решило уволить Хованцева, Белозерова и Норицына, заменив их Польховским, Кабуковым и Королькевичем. Но в конце мая Минспорт дал понять, что именно этих специалистов не утвердит. В том числе из-за иностранного гражданства Кабукова и Королькевича.
Пришлось правлению собираться вновь, чтобы подыскать других кандидатов. Старшим тренером мужской команды рекомендовали Юрия Каминского, известного по работе с лыжниками-спринтерами, в том числе с олимпийским чемпионом 2010 года Никитой Крюковым. А старшим тренером женской команды рекомендовали Михаила Шашилова, работавшего в последнее время со Светланой Мироновой.
При этом должность главного тренера оставили вакантной. То есть не Хованцев и не Польховский, а кто-то другой, кого еще надо подыскать. А тут еще Чепиков заявил, что неплохо бы назначить главным тренером самого Драчева по примеру федерации лыжных гонок, где Елена Вяльбе и президент, и главный тренер. И никто в органах государственной власти, с которыми Драчев должен взаимодействовать, никак не отреагировал на это заявление.
В итоге в интервью РИА Новости Драчев заявил, что это хорошая идея, и вообще дал понять, что настало время навести порядок в СБР. В смысле – определиться, кто здесь главный. И на его взгляд, это явно не правление, про которое он сказал, что ранее его решения никому не были нужны, а вполне хватало решений президента.
«Я с большим удовольствием совмещал бы должности президента и главного тренера, потому что это было бы правильно — совместить всё в одном лице. И я, в принципе, готов к этому. На мой взгляд, власть должна быть в одних руках. Должна быть вертикаль. В том, что происходит сейчас, нужны изменения. Их надо откорректировать и произвести изменения в работе Союза биатлонистов России», — сказал Драчев.
Так что, всё стало ясно? Российским биатлоном руководит президент СБР Владимир Драчев и более никто? Правление с его большинством побеждено, что доказывает история с тренерами сборной? Что ж, Драчев может так думать. И всё же он несколько преувеличивает значение последних событий. Есть инстанция, которую не миновать ни президенту, ни правлению, ни министру. Конференция.

Глас народа

Не то, чтобы этот глас всегда и везде звучал громче всех прочих звуков. Начальственный рык способен его заглушить. Но только не в биатлоне. И не в нынешней ситуации. В этом виде спорта никогда не было тихо. Уж такой народ эти биатлонисты. Видимо, мужчинам, привыкшим добиваться успеха с оружием в руках, сложно велеть заткнуться. Да и женщинам тоже.
Именно такие мужчины и женщины и заговорили первыми о необходимости созыва внеочередной конференции СБР. Речь идет о том самом «открытом письме ветеранов биатлона», в котором Драчев обвинялся в развале всего, в связи с чем ему предлагалось уйти в отставку или ответить за всё на внеочередной конференции.
И вот в конце апреля правление проголосовало за созыв этой конференции. А в конце мая еще и утвердило время и место – 11 июля, Москва. Драчев был против созыва конференции, но признал, что в соответствии с уставом правление может ее созвать. То есть он не видит способа отменить конференцию. Да и Матыцин говорил о том, что не видит другого выхода из биатлонного кризиса, кроме проведения конференции.
Так что если Драчев и достиг некоторых успехов в борьбе за власть в биатлоне, то не более, чем на месяц. Да и в чем эти успехи? В том, чтобы не дать правлению назначить тренерами сборной людей, которые ему не нравятся? Ну да. Только вот это всё, что можно назвать успехом. Одобрения от биатлонного сообщества президент СБР не получил. Его как обвиняли в некомпетентности, так и обвиняют. Из совсем свежего – высказывание Дмитрия Ярошенко.
Дмитрий Ярошенко
«Мы в очередной раз убедились, что президент СБР сначала может сказать „а“, а потом „б“. Всё опять превращается в сериал», — сказал Ярошенко в интервью РИА Новости.
Прежде Драчеву доставалось и от Александра Тихонова, и от Дмитрия Васильева, и от Владимира Аликина, и от Анны Богалий, и многих других. А это ведь то мнение, которого придерживаются большинство будущих делегатов конференции. Проголосуют ли они за то, чтобы Драчев остался президентом СБР? Николай Круглов, которому совершенно не свойственны резкие высказывания, и тот выразился вполне определенно касательно полезности нынешнего президента СБР.
«Совершенно очевидно, что для того, чтобы руководить одной из самых медийных федераций в нашей стране, явно недостаточно быть прославленным спортсменом и хорошим человеком. Здесь также необходим реальный управленческий опыт и соответствующие компетенции», — заявил Круглов РИА  Новости.
Правда, и члены правления вряд ли сохранят свои места в руководстве союзом. По крайней мере, далеко не все. Тот же Ярошенко, не одобряющий деятельность Драчева, о правлении отзывается еще хуже. Мол, плохого президента не надо, но хороший президент, конечно, нужен. А вот правление, по мнению Ярошенко, вообще ни к чему.
«На мой взгляд, правление СБР можно упразднить за ненадобностью. Для чего создан этот орган, если по большому счету он не работает? Президент СБР сделал так, как он посчитал нужным. Без подписи президента списки не утверждаются. Правление СБР рекомендовало одних тренеров сначала, а теперь утвердили других. Это даже не двоевластие. Власть всё равно сосредоточена в руках одного человека. Для чего тогда нужно правление, непонятно», — сказал Ярошенко РИА Новости.
Печальнее всего, что Ярошенко, оказывается, тоже не видит в деятельности начальства ничего, кроме суеты вокруг сборной. Как и большинство болельщиков, увы. Все усилия, потраченные на распространение по регионам пневматических комплексов, на сокращение расходов СБР и прочее, что предпринимало правление, всё это прошло мимо внимания Дмитрия. Он увидел, что тренеров, рекомендованных правлением, отвергли, а те, кого предложил Драчев, прошли. И сделал вывод, что правление не нужно вовсе.
Но и те, кто признает, что правление зачем-нибудь нужно, полагают, что его членов тоже надо гнать вместе с Драчевым. Дмитрий Васильев прямо говорит, что если будет новый руководитель, то появится и новая команда. И так считают многие.
Даже странно, что в этой ситуации кто-то соглашается приходить работать в биатлонную сборную России. Это ведь не подработка на недельку-другую. Биатлонный рынок труда не так уж велик, а солидных сборных на весь мир – десятка два. Тут уж если получаешь предложение, то рассчитываешь на серьезный долгий процесс. А что вышло с Кабуковым и Королькевичем? Польховский-то хотя бы остался вице-президентом СБР. Но у него есть совесть, и ей, мягко говоря, неспокойно.
«Я законопослушный человек, решение, принятое правлением, имеет силу. Как они сформировали, пусть так и будет. Мне не очень удобно перед Кабуковым и Королькевичем. Я связался с ними и извинился, что так получилось. Королькевич и Кабуков имели ряд предложений от других команд, но они отказались ради работы в России. Теперь мне пришлось извиниться. Получается, что сейчас они остались ни с чем», — заявил Польховский РИА  Новости.
И какова, спрашивается, репутация СБР после всего этого? А ведь никуда не делась проблема восстановления СБР в международном союзе биатлонистов (IBU). Ее тоже обещано было решить, но вот не решили.
И что же будут обсуждать участники конференции, если она, конечно, состоится? А вот что. Денег нет. Результатов у сборной (за исключением Логинова) нет. Главного тренера у сборной тоже нет. Полноценного членства СБР в IBU нет. Нормального контакта с Минспортом нет. Минимального согласия между руководителями СБР и в помине нет. Соответственно, реальной власти над российским биатлоном хоть у кого-нибудь – нет.
Нашим биатлоном руководит Драчев? Не похоже. Не хотел он Польховского видеть в СБР в каком-либо качестве, но Польховский есть, да еще в должности вице-президента. Не хотел созыва конференции, но уже и дата назначена. И так далее. Нет, вряд ли Драчев сейчас реально командует биатлоном.
Валерий Польховский наблюдает за ходом гонки
Может, большинство правления управляет нашим биатлоном? А как же быть с кандидатурами тренеров, которых это самое большинство выбрало, но Минспорт не утвердил? К слову, эти люди, периодически закрывающие долги СБР из своих кошельков, вполне могли бы найти могучих спонсоров на сумму побольше 128 миллионов рублей в год. Но не ищут хотя бы потому, что это обещал сделать Драчев, а зачем же им помогать противнику? Нет, группа Нуждова-Майгурова, назовем ее так, на данный момент тоже не руководит процессом. Во всяком случае, процесс идет не так, как хотелось бы этим  людям.
Может, хотя бы сборной кто-то руководит? Так нет же главного тренера! Зато есть вице-президент по обеспечению деятельности сборных Польховский, которого не утвердили в должности главного тренера, но не лишили поста вице-президента. Полный абсурд, совершенно не похожий на реальное  руководство.
А что министерство спота и Олимпийский комитет России? В кризисной ситуации, сложившейся во Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА), Минспорт и ОКР волевым решением взяли рычаги в свои руки, и ВФЛА худо-бедно сдвинулась с мертвой точки. Но в случае с биатлоном, как мы видим, это не происходит. Министр лишь заявляет, что пора прекращать этот бардак посредством проведения конференции.
Так что на данный момент российским биатлоном не руководит НИКТО. И потому истинной повесткой конференции (если она действительно состоится, ведь коронавирус же!) должны стать не выборы нового президента СБР и нового состава правления. А попытка понять, как управлять нашим биатлоном, чтобы не возникала ситуация, при которой не руководит НИКТО.

Как и кто?

Еще раз, медленно. «Как» гораздо важнее, чем «кто». Но кроме нескольких истинных радетелей за биатлон, никто сейчас об этом не думает. Попробуйте найти в публичном пространстве высказывания авторитетных людей на тему «как». Нет таких. Есть только реплики Драчева о том, что прежде никакие решения правления не имели значения, всё решал президент.
Странным образом очень мало высказываний на тему «кто». Ну ладно, спрашивают журналисты экспертов, если Драчев, Нуждов, Майгуров и далее по списку так плохи, то кого выбрать, что б были хороши? Вот вы сами, добавляют журналисты, обращаясь к уважаемым собеседникам, пошли бы в президенты? И получают сплошь отрицательные ответы! Не желают выдвигаться на этот пост ни Дмитрий Васильев, ни Антон Шипулин, ни Николай Круглов, ни другие уважаемые люди. Даже Александр Тихонов не рвется! Говорит, что и за миллиард долларов не вернется. Разве что Анна Богалий отвечает в том смысле, что стоит хорошенько подумать о такой перспективе.
И кто же остается? Разумеется, Владимир Драчев, готовый совмещать посты президента СБР и главного тренера сборной. Виктор Майгуров, которого поддерживает Алексей Нуждов. По словам Нуждова, Майгуров согласен выдвигаться. И это пока всё. Никто третий на данный момент не выражал желания возглавить СБР.
Заметьте, в обоих этих случаях всё понятно с ответом на вопрос «как». Драчев считает, что полномочия правления следует свести к минимуму, а Нуждов с Майгуровым полагают, что система вполне рабочая, не хватает только единомыслия между президентом и правлением.
Президент Союза биатлонистов России Владимир Драчёв во время пресс-конференции, в преддверии старта международного сезона в Международном мультимедийном пресс-центре МИА Россия сегодня в Москве.
Вероятно, ближе к проведению конференции появятся и другие кандидаты из числа известных в биатлонном сообществе людей. Интересно будет узнать у них, что они думают по поводу «как». Но есть и еще один весьма вероятный вариант, который уже не раз срабатывал в нашем спорте.
Откуда ни возьмись появится человек безо всякого биатлонного прошлого, зато при больших деньгах и солидных связях. С той же легкой атлетикой всё вышло именно так. При этом у него будет самая краткая и самая неконкретная программа, то есть максимально далекая от ответа на вопрос «как», однако почему-то ни у кого не возникнет сомнений в том, что именно этот человек и есть ответ на вопрос «кто».
Но будет ли такой человек настоящим руководителем российского биатлона? Мягко говоря, не факт. Это тоже уже было не раз. В лучшем случае всем необходимым и даже избыточным обеспечат сборную. А 20 тысяч биатлонистов и 2 тысячи тренеров, проживающих в 50 биатлонных регионах России, останутся в том же состоянии, что и сейчас, выдавая на-гора одного топ-спортсмена на всю страну раз в несколько лет.
В интервью РИА Новости Алексей Нуждов сказал буквально следующее: «Я не позволю, чтобы биатлон опять превратился в какую-то хрень». Но проблема в том, что прямо сейчас именно хренью наш биатлон и выглядит. Увы. Причем хренью, которой никто не руководит.
И дело вовсе не в том, что у сборной плохие результаты, а у начальников плохие взаимоотношения. Наш биатлон – в целом – не развивается. И кроме всё того же Нуждова никто об этом не говорит. Или других просто не спрашивают? Вот бы о чем потолковать участникам будущей конференции. Биатлон в России не развивается. А то, что им никто не руководит, всего лишь следствие...
Автор: Денис Косинов

Понравилась статья? Поделись с друзьями: